Глава 11

«Meсто для удара головой».
Надпись под выходом из маршрутки

Когда резиденция Предсказуньи скрылась за деревьями, Харри все еще был хмур и задумчив. Уж больно много непонятного напророчила ворожея. Прямо хоть разворачивайся и уточняй. Но недаром же австралийские аборигены, метатели бумеранга, говорят: возвращаться – плохая примета.
Под ноги Харри попалась газета «Мертвякъ-Дэйли» – деловой печатный орган для состоятельных усопших. Юный маг решил полюбопытствовать.
«В среду объявлена всеобщая демогилизация в Аль-Кадавре», – прочитал Харри. Потом его внимание при влекла реклама Центра модной одежды «Последнее дефиле». Были изображены строгие мужские и женские костюмы на белом фоне, а под ними красовался слоган «Упакуйся с миром!».
Аналитический материал рассказывал, сколько денег потеряла фирма «Некрософт» из-за того, что плохую кисть дает.
Обзор новинок могильной связи рекомендовал обратить внимание на телефон «Сонный» с выходом в инфернет, двенадцатью похоронными мелодиями и игрой «Смертрис» (в стакан-домовину падают причудливо изогнутые неживые фигурки, полностью заполненные ряды исчезают).
На развороте красовался мерседес – роскошный гроб на колесах: «Преставься в представительском классе!»
Рубрика «Культура» радовала статьей о концерте группы «Крематорий» в одноименном учреждении. Спонсором выступил производитель средства от храпа...
В хитпараде «Золотой некрофон» лидировала песня «Ах, какой был мужчина – настоящий покойник!»
На последней полосе снова была реклама: «Под наш лежачий камень и вода не течет. Фирма „Обелиск“ В центре красовалось изображение смутно знакомого белого камня.
Газета произвела гнетущее впечатление на Проглоттера. Слишком много «могил», «смертей» и прочих невеселых слов. Мальчик выбросил «Мертвякъ-Дэйли » от греха подальше. Извлек карту. Вечерело, и волшебный манускрипт в руках Харри слабо засветился. Мальчик привычно сверился с пунктиром и спрятал свиток в рюкзак.
Йода что-то восторженно и, как обычно, обволакивающе лопотал, то и дело забегая вперед и заглядывая Харри в лицо. Молли и Джеймс ожесточенно спорили. Проглоттер прислушался.
– Не верю! – метала молнии Козазель. – Твоя голова рождена для мысли, как корова для полета!
– А я утверждаю, я сам додумался! Это я первым осваивал девушку. И Салли Стропилло прекрасно для этого подошла...
– Как это «осваивал»? – спросил Харри.
– Ну, превращал в сваю, разумеется, – ответил Джеймс.
– Зачем?
– А чего она такая длинная выросла?
Барахлоу произнес эти слова таким тоном, словно Харри хотел узнать нечто совершенно очевидное. В этот момент откуда-то сверху донеслось веселое чириканье Нельзяблика.
– Кабысдон вернулся! – радостно завопил Проглоттер, распахивая ладони навстречу летящей к нему пташке. – Ты не утонул! Где ты был, дружище?
– На Фонтанке водку пил... – улыбнулся Джеймс.
– Во-во, носило неизвестно где, а мог бы о вампирах предупредить, по-любому... – пробурчала Козазель.
Нельзяблик радостно потерся о пальцы Проглоттера и с трудом забрался ему за пазуху. Отсыпаться.
Кабысдон выглядел неимоверно усталым, отказался от еды и питья. Но – вернулся! Счастье переполняло Харри. Хотелось петь. И он браво затянул на мотив «А пчелка золотая, а город золотой, а что же ты такая, а с ясною звездой?..»:

Ах, девочка Маруся,
ах, русая коса,
а, ух ты, уси-пуси!
а в ручках колбаса.
Эх, груз из магазина,
ух, принесла с ленцой.
А пах тот груз резиной,
а, ах, не колбасой.
А папочка у Маши,
ох, инженер АСУ,
а ждать не может кашу,
ух, скушал колбасу.
Ой, скушал, не понюхав,
ох, а мораль проста:
эх, девочка Маруся,
ых, нынче сирота!
Жаль, жаль, жалко мне, нынче сирота!..

Козазель и Барахлоу засмеялись после первой строки и, позабыв взаимные обиды, подхватили залихватскую песню.
Потом они голосили жалостливую и одновременно геройскую песнь «Show mиst go вон!», гимн китайских туристов «Изгиб девчонки желтой ты обнимаешь нежно...» И совсем уж грустную арию Уголовного Дела из «Облома и Авося» «Ты меня на рассвете возбудишь...».
Затем певцы затянули веселую переделку этой арии:

Вот стою на асфальте, обутый
В деревянные новые лыжи.
И, наверное, в эту минуту
У меня покосилася крыша...

И даже Йода хлопал ушами в такт.
Ох уж эта любовь к музыке! За невинными развлечениями ребята снова потеряли бдительность. Они как раз допевали душевную:

Бьется в тесной печурке огонь.
На поленьях смола, как слеза.
И из топки глядят через дым
Буратины горящей глаза...

И вдруг...
Николас Блэкберд отдал бы свою бейсболку-лысиноневидимку, чтобы оказаться на месте ребят, ведь они столкнулись с самим Амебищем Лесным.
Грузно, но быстро передвигаясь на толстых ложноножищах, сжимая огромную дубину в ложноручищах, вращая многочисленными ложноглазищами и рыча столь же многочисленными ложнортищами, на бесстрашную четверку надвигалосьАмебище.
Ни неперевариваемого сейфа, ни желания проткнуть шкуру монстра колющим предметом у ребят не было. Оставалось прибегнуть к тактике панического бегства.
Харри несся так прытко, что не слышал, как в рюкзаке зудит карта. Таким способом она намекала на отклонение от генеральной линии. Спортивная Козазель летела быстрее всех, умудряясь оглядываться и комментировать ход погони:
– Во, бежит!.. Сейчас... сцапает... эльфа... Нет, лишь пнул... Упс... Бедный Йода!.. Барахлоу, поднажми, ты... будешь... следующим...
И действительно, Амебище почти дотянулось дубиной до головы Джеймса, как вдруг впереди раздался повелительный крик:
– Тпру, родимые!
Ребята и Амебище увидели выходящего из леса могучего мужика во всём черном. Здоровяк нес на плече огромный лакированный гроб.
– в сторону, детки! – крикнул мужик, аккуратно роняя ношу на траву. Юные маги исполнили приказ, прячась за деревья.
– Ты обижаешь маленьких, – внушительно выговорил мужик Амебищу. – Большая ошибка.
Амебище и не подумало сворачивать или останавливаться.
Мужик сильно потемнел лицом, вынул из-за спины меч и, кувыркнувшись от Амебища, ловко распорол ему бок. Монстр стал падать, а мужик уже стрелял ему в брюхо из быстро выхваченного пистолета.
Только вот беда: огнестрельное оружие давало осечку за осечкой.
Амебище перетекло в стоячее положение и, сильно заваливаясь на рассеченный бок, двинулось к мужику, держа дубину перед собой.
Стрелок-неудачник побледнел до исходного состояния. Он снова рубанул противника мечом, но Амебище парировало его удар дубиной и нанесло свой, сокрушительный.
Мужик высоко взлетел и впечатался в толстый ствол дерева. Затем он упал на четвереньки, и ребята увидели, что кожа на его лице порвалась, обнажив часть черепа. Череп был металлическим, а вместо глаза горел объектив.
– Калифорнийская губерния! – не смолчал Дровосек, тряся головой.
– Железный Дровосек! – вскрикнул Харри, зажимая пухлой ручонкой рот.
Амебище подскочило к Дровосеку, занося дубину для решающего удара, но Дровосек схватил монстра за ноги и рванул. Поединщики, сплетясь, как пара змей, обнявшись крепче двух друзей, упали разом, и во мгле бой продолжался на земле.
– Бегите, – прохрипел Дровосек. – Я его задержу... В гробу возьмите... Это вам..